,
Любопытно
{sape_links}
Опросы
Какой термин точнее обозначает нездоровую любовь к отечеству?
Патриот
Патриофил
Педриот
Потреот
Поцреот


Показать все опросы
Поделиться
Поддержать проект
Объявления
Календарь
«    Октябрь 2019    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031 
Архив новостей
Сентябрь 2019 (1)
Май 2019 (1)
Апрель 2019 (1)
Декабрь 2018 (1)
Ноябрь 2018 (1)
Февраль 2018 (1)
RSS
Артур Аристакисян: "Все истинные верующие должны были с благодарностью принять этот панк молебен"
Понятно, что толпе правоверных нужна жертва, оскорбившая их высокие чувства. Мне, как человеку толпы тоже хочется бросить свой камень, распять, изнасиловать кого-нибудь, кто глумится над моими святынями. Чтобы почувствовать себя лучше нужно кого-то съесть. Голод не тетка. Чувства правоверного человека всегда голодные и как хищные звери рыщут в поисках добычи. Вот и выходит, что эти девушки вошли и спели свой панк молебен не в храм Христа Спасителя, а на арену страшного цирка, где когда-то первых христиан разрывали на части голодные львы. Христианками по факту являются именно они, эти девушки, а не их правоверные судьи-звери.

Для начала, стоит задаться вопросом: какие такие чувства верующих оскорбили девушки своим пением и танцами в храме. Чувства верующего христианина оскорбить невозможно по определению. Потому что Иисуса Христа оскорбляли и унижали. Поэтому те, кто жалуются на то, что их христианские чувства оскорбили, христианами не являются; у них самые примитивные стадные чувства, и религию они используют, чтобы эти свои примитивные чувства возбуждать, выдавая их за что-то святое.

Девушки, совершившие панк молебен в храме Христа Спасителя, возбудили их «христианские» чувства и показали им, кто они есть. Я тоже узнал о себе, кто я есть. Я не раз ловил себя на этом раньше. Поймал и на этот раз. Желание бросить свой камень в предложенную властями жертву, на сей раз подогревается тем, что девушки красивы, молоды, светлы. Правоверные православные ждали и дождались этого случая, чтобы принести именно таких девушек в жертву своим «святым» чувствам. Я тоже ждал этого всю жизнь, чтобы их придушить, унизить, слить на них все свое дерьмо.
Верующий человек писатель Проханов, наверное, дрочил и кончил, когда говорил, что девушек нужно высечь. Если б это была только его фантазия! Представляю объявление в журнале интимных услуг для православных христиан: «Непослушные хулиганистые молодые красивые девушки для наказаний. Дорого» Тут же указаны телефоны и адрес Храма Христа Спасителя, стоянка для машин, сервис, как полагается...

Как человек знакомый с церковным уставом, могу сказать, что даже на основании церковного устава этих девушек осудить нельзя. Никаким святотатством они не занимались и не думали заниматься. Обвинения в святотатстве беспочвенны. Святотатство – это воровство и порча церковного имущества. Но не одной даже оброненной вещи не было. Прихожан в храме почти не было. Никому они не помешали. Никому ничего плохого не сделали, не сказали. Они спели свою молитву, это их молитва, какая есть.

Но, вот, кто занимается святотатством, так это святейший Патриарх московский и всея Руси, когда поддерживает власть воров, призывает людей отдавать свои голоса ворам, занимается моральным шантажом и оболваниванием своей паствы.

Никакого глумления над святынями я там тоже не разглядел. Посмотрел съемку, как это происходило, как они пришли и стали петь. Они пели и молили Богородицу, чтобы она избавила Россию от Путина. Они имели на это право, не потому что сделали это в масленицу, когда издревле православные дурачились, и все вели себя как юродивые, изображали перевернутый мир. Никакого дурачества в молебне и танцах этих девушек не было. Они совершили молебен. Панк молебен в храме. Кто сказал, что храм принадлежит святошам, старухам, бандитам со свечками в руках?! Храм – это открытое общественное место. Туда могут приходить и изливать свою душу все. Форма, в которой это сделали эти девушки, была абсолютно безобидной, невинной и яркой, как детская акварель. Так обидеть, разозлить, возбудить их молебен мог только скрытых святотатцев, лицемеров, религиозных маньяков, которые могут кончить только, когда получат свою жертву. Они не могли упустить такого случая. Эти прекрасные девушки для них идеальная жертва.

Почему же тогда даже враги православного мракобесия, противники путинского режима пишут в интернете, говорят по радио, что девушки зашли слишком далеко и не туда, что устраивать такое в храме они не имели права, что у них тараканы в голове. Неправда. Не увидел я там никаких тараканов даже близко. Их головы светлы. В том, как они поют и танцуют, нет ни пошлости, ни агрессии, нет ничего низкого и темного. Никаких тараканов. Ничего кроме красоты. Поэтому они опасны.

Девушкам удалось то, что удается только избранным. Поэтому их так хочется унизить, раздавить, всем. Только одним хочется их унизить и раздавить физически и морально, другим хочется их учить, поучать. И, в конечном счете, тоже унизить.

Девушки просят в своем молебне Богородицу прогнать Путина, Путин призывает народ встать на его защиту, на защиту его благосостояния и благосостояния его банды. Патриарх призывает народ голосовать за Путина и за его банду. Народ призывает сурово наказать девушек за глумление над их святынями, в том числе над Путиным. После чего народ голосует за Путина и не оставляют Путину выбора. У Путина нет выбора. Народ его выбрал, он умывает руки.

Такое кровожадное восприятие панк молебна, совершенного девушками в храме, свидетельствует о том, что у наших православных в России темное первобытно общинное восприятие мира. «Нашему племени угрожают, среди нас чужие, у нас есть лидер, у нас есть Бог» Как в племени каких-нибудь обезьян. У них есть главный самец Путин, есть церковь, которая его обслуживает. Другие самцы и самки смотрят на него, стоящего со свечкой в храме Христа Спасителя и видят, что с нами Бог. Если он столько всего присвоил, узурпировал власть, и Бог его любит, значит, Бог любит нас. Это дает надежду.

Кто-то из известных журналистов, выступая по телевидению, или по радио, это мой сосед Максим Шевченко, кстати, хороший парень, сказал, что девушек нужно приговорить к общественно-полезным работам, заставить мести мусор вокруг храма. Я бы тоже придумал им наказание. Каждый православный человек в России за небольшим исключением, с удовольствием подверг бы их своим моральным и физическим унижениям. Когда жертва такая красивая и светлая, хочется так запустить в нее свой камень, чтоб сразу изуродовать, повалять в грязи, испражниться на нее. В сущности своей православная толпа, в том числе православная интернет толпа занимается именно этим.

Реакция не была бы такой, если бы эти панки-хиппи не провели свою акцию так грамотно, безукоризненно. Пришли, спели в этом вертепе разбойников свою молитву – и сами оказались в тюрьме, где должны сидеть эти разбойники, а не они. Они сели в тюрьму вместо разбойников и воров. Они сами это сделали и показали. Где должны сидеть Путин и его банда, сидят они. И сидят спокойно со смирением во всей своей красоте. Это их фокус, их визуализация, их искусство, их смирение.

Смиренномудрие девушек – вот, что злит православных лицемеров. Они не могут простить девушкам, что смиренномудрие может быть таким, легким, естественным, вопреки всему.

Девушки провели свою акцию, как мастера, филигранно, без фальши, в их действиях нет низа, нет ничего, что ниже пояса. Поэтому те, кто их судят и травят – маньяки, а те, кто поучают девушек – невежды.

Православные маньяки от Москвы до Магадана не могут этих девушек унизить, и они унижают самих себя. Но хотят унизить их, хотят их заставить каяться, хотят их запереть в монастырь. Не могут. Православная теократия давно нуждается хотя бы в небольшом штате инквизиции. Но пока этой радости нет, черную работу приходится делать светским городским властям. Потребность святого героического русского народа в православной инквизиции это реальная потребность. Потребности верующих людей растут, как растут потребности потребителей.

Но, вот, другие люди, в ком такой потребности в инквизиции нет, интеллигентные умные люди говорят по радио, пишут в интернете: что девушки эти, хотя и не заслуживают жестокого наказания, все же, неправы. Мол, нельзя врываться в храм и там петь, танцевать.

Да. Жаль, что у таких людей, у интеллектуалов такое архаичное, непросвещенное мышление. «Нельзя же! – говорят они - Храм как, никак…» Позволю себе немного пополнить образование этих гуманистов. Повторюсь. Православный христианский храм – это открытое публичное место. Юродивые, блаженные входили в храм чуть ли не голыми, выкрикивали что-то свое, плевали в иконы, и церковники вынуждены были это терпеть. Не могло быть и речи, чтобы таких людей осуждать и наказывать. Их почитали, несмотря на все неудобства, которые они доставляли. Потому что Бог, как правда приходит в обидчивых формах.

Василий Блаженный гавном своим мог запустить в молящихся людей. Ничего. Чувства верующих от этого не оскорблялись, не взывали к отмщению, наказанию. Если чувства православных христиан, как в нашем случае, оскорблены, им стоит серьезно задуматься о том, что у них за чувства.

«Оскорбленное чувство верующего» – можно такое представить? Кем нужно быть, чтобы такое сказать?! Представляете, Иисуса Христа оскорбляют, бьют, надевают на него терновый венец, а он говорит: «Вы оскорбили мои чувства верующего человека»

Девушки в храме вели себя так, как вели бы себя в храме юродивые. Хотя, девушки вели себя хорошо, в отличие от юродивых, они не кидались, не бросались, не плевались, они только пели и молились. Но даже о тех, кто кидался, бросался, плевался, говорили, считали, что через них говорит Бог. Юродивые своим поведением в храме ставили зеркало перед людьми, показывали им то, чем они занимаются в своем сердце, когда молятся. И люди задумывались: может, мы правда, делаем что-то не так.

Я, вот, что подумал: а что, если девушки сами этого хотели, чтобы все так получилось, именно так, как получилось. Может их акция все еще продолжается. Такое чувство, что они специально так все спланировали, чтобы их схватили, посадили за решетку, издевались. Причем, в настоящий момент издеваются над ними, как те, кто их ненавидит и кричит «распни!», так и те, кто, просто сожалеют об их недостойном поведении в храме и по-христиански их прощают – такие, издеваются еще страшнее: бьют еще больнее, бьют цветком по лицу.

Московские юродивые много веков назад руководствовались таким мотивом. И этот мотив никуда не делся. Юродивые его оставили в воздухе. Поэтому девушки могли его не сознавать, но он у них был: прийти к толпе и получить действие толпы. И получили. Толпа разделилась на две толпы. Одна толпа потребовала для девушек самого сурового наказания, а девушек призвала покаяться. Другая толпа попросила Патриарха и Путина простить девушек, несмотря на их вину. Но обе эти толпы, толпа мракобесов и толпа гуманистов – свиньи. Только перед одними свиньями нельзя метать бисер, перед другими можно, они не набросятся, не станут тебя рассматривать как добычу.

Интересно, в чем вина этих девушек? В том, что своим молебном осветили оскверненный до них храм, где, что только не творилось и твориться?! Они принесли в это смрадное место свет, храм впервые стал храмом.

Так вот, очень может быть, что девушки хотели, чтобы все шло именно так, как идет; красота исполнения молебна, его последствия, беснование православной общественности, все так ярко, выпукло, наглядно, что начинаешь думать, что за всей этой драмой стоит и продолжает стоять некий план. Сценарий. Что девушки сделали именно то, что нужно, чтобы набожные правоверные люди, отреагировав на них, увидели в этом зеркале себя, что их православная вера является прикрытием и стимулятором их самых примитивных чувств, самых низких инстинктов. Они поставили перед набожными людьми зеркало, и тем самым заставили их на это зеркало бросаться, кидаться.

Эти набожные люди ненавидят и презирают себя за то, какие они есть, но вместо себя хотят осудить и уничтожить этих девушек.

Не помню, когда точно, кажется, девушки провели молебен в прощальное воскресенье. Но патриарх не прощает. Толпа не прощает. Толпе нужно, чтобы жертву с позором распяли на кресте. Эмоционально так называемые верующие люди очень голодные, это серьезное заболевание, которое сами они выдают и продают себе, как веру. Девушки помогли им и другим это заболевание обнаружить. Своим ярким и невинным молебном, они вызвали на себя их желание крови. У верующих людей происходят свои ломки. Их руки потянулись к дозе. Девушки это показали и сами не поняли, что они сделали.

Не думаю, что девушки запланировали сесть в тюрьму, одна их них ждет ребенка, у другой дома маленький ребенок. Но настолько все хорошо, красиво, стильно они все делали – как они пели, как танцевали, как выглядели в суде, как сидели в клетке - что возникает впечатление, что смотришь постановку мистерии, или драмы на тему охоты христианских маньяков на так называемых ведьм.

Я знаю, что никакого режиссера, кукловода у девушек нет. И не могло быть. Но чувство, что все это событие проходит по какому-то сценарию плану возникает; это вызвано, прежде всего, красотой исполнения девушками своей акции, своего молебна, фокуса-молебна, я бы так сказал. Фокус в том, что невиновные и чистые они сидят там, где должен сидеть Путин и другие преступники из вертикали власти. Они спели свою молитву «Богородица, Путина прогони» - и оказались на его месте, не на троне в Кремле, а за решеткой в тюрьме, они превратили его в себя. За что он должен был бы поклониться им и добровольно уйти из жизни, не то, что из власти. Потому что его место в этом мире уже занято, там сидят эти девушки.

Насколько девушки, сидящие в клетке, красивы, у них светятся лица, настолько же их православные «судьи» отвратительны внешне, у них непотребные рожи, взгляните на них. Поэтому возникает чувство, что проходил кастинг, что перед нами поставленная мистерия. Классика.

Православные философы, журналисты, студенты потеряли всякий стыд, публично упиваются своим мракобесием. Кто-то называет девушек «глупыми козами», за которыми стоит дьявол, кто-то считает, что это приводится в действие секретный план США по разрушению России, священник Кураев считает, что в храм их направил некий серый кардинал Кремля, еще называется имя Марата Гельмана, что он их «крыша». Какие глупости! Каждому, кто способен своими глазами взглянуть на лица этих девушек за решеткой, на их пение и танцы в храме, тот, у кого за глазами что-то есть, увидит, что девушки свободны, независимы, что их крыша небо голубое. Ни грамма пошлости, стильно все, и невинно. Они реально чистые. Если за ними кто-то и стоит, так это Традиция. За ними стоит Традиция, не за церковниками, а вот за этими девушками.

Пересмотрите еще раз запись их молебна в храме, запись в суде, все это есть в интернете. Вы увидите, что в этом, в том, как исполнили девушки свой молебен, как они ведут себя в суде, нет никакой чернухи, никакого нижнего мира, нисколько. Но посмотрите на тех, кто на них нападает, они тоже есть в интернете, посмотрите на каждого из них, это и есть самая настоящая чернуха, мрак.

Слушаешь этих православных «судей» и диву даешься. Как будто это говорят не люди, а персонажи каких-то уродов, инквизиторов, именно персонажи, как на сцене в театре. Как будто из людей в их облике вышли на сцену их низкие сущности, персонажи, не люди, персонажи.

Кто-то из деятелей православной церкви сказал по поводу заключения девушек в тюрьму: «Мы, простые православные люди можем их простить, власти могут их простить, но Бог им этого не простит». Как будто на этого набожного человека капнули радикальным элементом, после чего обнажился его элемент, персонаж, не человек.

В сердцах эти «набожные» люди понимают, что девушки правы, что их панк молебен чист и прекрасен, что девушки пришли не в храм, а спустились в клоаку, где проходят отвратительные оргии церковников и воров, стоящих у власти. Это видит их глубинная сущность. Панк молебен в их храме задел их глубинную сущность, и они реагируют на тот сигнал, который им посылает их глубинная сущность. Они против нее выступают, а не против девушек. Их глубинная сущность послала им сильный сигнал через этих девушек, очень сильный сигнал, вызов. И они чувствуют этот сигнал внутри, как вражеский личный вызов снаружи. Они думают, что это девушки-хулиганки-лесбиянки, панки-хиппи оскверняют святыни, протестуют против законной власти, а это их души протестуют против них самих. Они думают, что это Сатана снаружи, а это Бог изнутри злит их, и это приводит их в бешенство.

Читаю отзывы верующих людей в интернете. Какой там Иран! Люди, если их можно назвать этим словом, требуют самого сурового наказания для девушек. И это есть русская православная церковь!

Девушки показали, что есть наша церковь. Они вызвали у верующих людей такие реакции, потому что те узнали о себе, кто они есть. За что они, будь они людьми, должны были этим девушкам спасибо сказать. Пока эти верующие находились в своем болоте, они не видели и не понимали, кто они и где они. И вот, эти девушки вынудили их вылезти из болота, и из них сразу полилась пошла грязь. Не понимаешь, с кем имеешь дело, пока они в болоте, но попробуй, всколыхни это болото, и все станет понятно.

Поэтому, может, и хорошо, что все так вышло, что своим нападением на этих девушек церковники и власти выставили себя такими, какие они есть. Эти девушки их выставили. Своим безумием церковники настроили против себя всех приличных цивилизованных людей. Надеюсь, что таких людей большинство, и они смогут сбросить с себя это церковное ярмо и эту продажную власть.

Непонятно, почему молчит официальный юродивый России Петр Мамонов. Зато, вот, интеллигентная православная девушка студентка МГУ пишет, что собирает подписи других прихожан храма МГУ за обращением к Патриарху, чтобы он простил девушкам их недостойный поступок, чтобы виновницы не были осуждены, наказаны слишком строго. И дальше пишет уже от себя, что она этих девушек прощает, потому что она христианка. Кто ты такая, глупая эмоциональная тварь, чтобы прощать таких людей?!

Они же не вошли в здание ГАЗПРОМ, или в здание министерства культуры, или в резиденцию Патриарха, в частную церковь, в частный дом? Да, туда они не могут войти. Но в такую открытую церковь войти и спеть там, сказать там правду они могут. Потому что церковь есть такое место, где люди могут говорить правду, могут плакать, биться в истерике, сходить с ума, даже сходить с ума, потому что под покровом сумасшествия часто скрывается Бог. Бог говорит устами больного человека, устами кликуши, устами ребенка. Индусы это прекрасно понимают. И это также русская традиция.

Если бы все эти верующие, осудившие девушек, были бы христианами, они должны были с благодарностью принять этот панк молебен. Патриарх должен был поклониться девушкам в ноги, упасть перед ними на колени, сказать: «Виноват. Водится за мной грешок! Продался. Соблазнился. Будем работать. Слово даю». Хотя бы так. Мог бы своей темной пастве поставить девушек в пример. Мол, «Смотрите у меня, если осудите этих девушек, хотя бы в мыслях…».
Дьявол может войти в храм в одежде патриарха, а Дух святой – в теле безумного. Дух может в любом облике войти. Как и дьявол. Не понимаю, почему нет священников, которые об этом говорят?! Не говорят, потому что мозги жиром заплыли, или не говорят, потому что боятся? Насколько мне известно, в Европе, в том же католицизме, священник независим. Если его пастве он нравится, никакой кардинал не может его снять, лишить прихода. Здесь, в России, патриарх запросто убирает неугодного священника. Потому что здесь «вертикаль власти» – идол, которому поклоняются все верующие и не верующие. И храм Христа Спасителя – алтарь этого идола. Поэтому девушки пришли именно туда.

Храм Христа Спасителя самое подходящее место для такого панк молебна. Форма, в которой они его исполнили, невинна и чиста. Только будучи такими детьми можно совершить молебен в таком храме, где царит мрак, и совершаются таинства совокупления церкви с бандитской властью. Храм даже не находится на балансе церкви; он находится на балансе мэрии Москвы. Вертеп разбойников. И эти девушки в разноцветных масках с песней молебном – то единственное светлое, доброе, что в этом храме было. На Пасху туда съезжаются, позируют первые лица государства, а не официально, там проходят дефиле, модели расхаживают в бриллиантах.

Девушки рассказали, почему они выбрали именно этот храм: «Мы не пошли в обычный храм. Мы пошли именно в этот храм, который даже храмом нельзя назвать. Мы там не делали ничего такого, чего не делали другие. Но, если это, по-вашему, храм, то почему мы не могли там помолиться, спеть…». Они сказали, что пришли в ужас от Путина, что он будет править страной еще шесть лет. Прочитав интервью с ними, я стал еще раз пересматривать запись их пения и танцев в храме. И увидел, что девушки провели, там, в Храме Христа Спасителя самое настоящее таинство экзорцизма: они изгоняли Путина из русского народа, из которого он слеплен. Что затрудняет задачу. Я настаиваю на том, что это был зкзорцизм, таинство изгнания нечистой силы из тела народа русского народа.

Самое хорошее, что произошло за последнее время, это вот, эти девушки. Талантливые, красивые, светлые. Писатель Проханов сказал, что их породила чуждая русскому народу индустрия эпатажа, пришедшая с Запада, чтобы погубить Россию. Минуточку! Он сам и есть эпатаж. Когда он говорит, выступая на телевидении, на радио, что Сталин это великий патриот России, великий мистик, он разве не эпатажем занимается?! Не надо валить с больной головы на здоровую!

Но, а вдруг, все эти типы – писатель Проханов, отец Чаплин, сосед мой журналист Максим Шевченко так себя ведут, потому что это их юродское служение – идти по пути позора. Если эти девушки идут по пути славы и любви, то их хулители Шевченко, Проханов и другие идут по пути позора и презрения. Поэтому они есть настоящие юродивые. Только юродивый может пойти по пути позора, так отвратительно себя вести.

Похожие материалы: